Фредерик Забини. Главный администратор, создатель форума, Царь, Бог, Наполеон. skype: blaise_zombini Равен Дэвис, второй администратор, ходячий секс и живое воплощение Снейпа. skype: ammeko Люси Уизли, самый добрый модератор и самая очаровательная заноза в заднице. ICQ: 685004181 Фред Уизли, наш чудесный фотошопер и просто солнышко.
Скорпиус Малфой.
Думать на голодный желудок может только совершенно отчаянный человек. Лично у меня постоянно вылетают из головы самые неважные для моей жизни факты, но невероятно нужные для сдачи таких скучных предметов как история магии.
текст
гостевая сюжет персонажи внешности правила партнеры
Тематика: ГП III поколение. Рейтинг: NC-17.
Игровой промежуток: 10.09.2022 - 20.09.2022.
квест 2, квест 3, квест 5, квест 6
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Palantir
17.12. Празднуем возвращение блудного администратора невероятной активностью на форуме. Специально для вас стартовала особая предновогодняя перекличка!

30.10. Мы на плаву, капитан у руля, посему ждём всех домой. А новичкам - добро пожаловать, располагайтесь, мы всех любим!
Милые мои игроки, не забываем, что вы приходите на форум ради игры, а не просто для того, чтобы написать анкету и болтаться без дела. Так что настоятельно просим всех осчастливить нас игрой до полуночи Хэллоуина, иначе вас съест очень голодный и очень злой дракон! Счастливого Хэллоуина!

30.09. Поздравляем всех с окончанием переклички. Наши ряды поредели, некоторые игроки, забывшие или не пожелавшие отметиться, оставлены пока по милости администрации, но если никакого движения не будет - пока-пока, детки. Так что предлагаю всем активно включаться в игру - вас давно ждут квесты на любой вкус, а также никто не отменял возможности просто поиграть в любой локации что-то своё. Мы не кусаемся, дерзайте!

25.09. Напоминаю всем впавшим в зимнюю спячку, канувшим в пучину депрессии и сгоревшим на учёбе/работе: милые, у нас ПЕРЕКЛИЧКА до 28.09. Если вы не соизволите отметиться и показать, что вы живы и жаждете играть, ваши трупики будут вынесены в соответствующую тему, а профили удалены. Дамы и господа, мы хотим представить вашему вниманию новый дизайн, за который говорим спасибо трём людям: Люси Уизли за этот щедрый подарок любимому форуму, Фредерику Забини за идею и помощь дизайнеру и, конечно же, великолепную беренику за это чудо.
5 дня, 18 сентября 2022 года.
А чем там заняты наши преподаватели. Как? Вы не знаете? Не выключайте свои магофончики, я сейчас все вам расскажу. Они держат большой пафосный совет прямо в Больничном Крыле. Кажется, поход Лоркана и Ко по неизведанным мирам закончился не очень хорошо. И теперь в больничном крыле валяется несколько хладных тушек в коме. Понятия не имею, чем там занят весь пед. состав, но дело с мертвой точки все еще не сдвинулось. А это значит, мои сладенькие, что им придется звать эксперта. Да-да. Именно. Сумасбродного папашу Скамандеров. Надеюсь, он принесет с собой парочку скандалов. А вы как думаете?


9 утра, 12 сентября 2022 года.
Зельеварение, сладенькие, мой любимый предмет. Взрывающиеся котлы, паникующие студенты. Нет-нет, да и случится что-нибудь захватывающее. Вам бы получше следить за студентами, профессор! Особенно, скажу вам по секрету, присмотритесь к Бенджамину Пэришу. Вижу, как наяву: в этот раз она взорвет что-то фееричное. И что же будет с нашим несчастным шестым курсом? Может быть, эта ужасная беда настигнет и меня? Нет, пожалуйста, только не на мою новенькую мантию, Бенджамин!


8 вечера, 10 сентября 2022 года.
Учебный год начался, мои котики, и наша задача сделать так, чтобы это начало было фееричным. Дерек Харпер как никто другой знает толк в хороших вечеринках и правильных развлечениях. Но вот вам мой совет: ничего не пейте из рук слизеринца. Но если все же пьете, а в вашем кубке оказывается Veritaserum, пеняйте на себя. Я с удовольствием подслушаю все ваши секретики и честно поделюсь ими со всеми. Итак, вечеринка начинается. Кто с нами?


9 утра, 10 сентября 2022 года.
Кое-кто уже совсем взрослый. Вы скоро разлетитесь из нашего уютного гнездышка, мои сладкие. И направитесь кто куда. Но так ли правдивы наши надежды? Сможешь ли ты, малыш гриффиндорец, стать аврором? Или на самом деле твое место в пыльном хранилище за бумажной работенкой? Добрый дядюшка из Министерства все расставит по своим местам. Но вот незадача. Почему никто ему не сказал, что Джеймса Поттера и Равена Дэвиса нельзя запирать в одном помещении? В их противостоянии небывалый накал, наши умнички выучили парочку темномагических, и кто знает, какой эффект они дадут при взаимодействии? Вы заперты вместе со своими бумажками ровно на два часа. Но время работает против вас, мои милые. Что успеет случиться за это время? Я буду подглядывать в замочную скважину. Хотя, кто знает: может, я буду среди вас?
Квест №2. My future starts when I wake up every morning: Астрид Вуд.
Квест №3. Advanced Potion-Making: Скорпиус Малфой/Альбус Поттер.
Квест №5. Lead me to the light: Дезмонд Райли.
Квест №6. Got a secret. Can you keep it?: Люси Уизли/Флоренция Забини.


◄And said: "Hello!": Ральф Скамандер.
◄Моя маленькая Лили: Гарри Поттер.
◄Shoosh: Равен Дэвис.
◄Как дела? Давно с тобой не виделись: Лили Поттер.
◄Джеймс Поттер и бесконечное терпение: Джеймс Поттер.
◄Мама нас прикончит: Джеймс Поттер.
◄louder: Хьюго Уизли.
◄Особые услуги гостям Забини-Менора: Фредерик Забини.
◄never gonna let you go: Джеймс Поттер.
◄you'll be mine: Каин Флинт.
◄Пей, деточка: Мэйрин Уиллан.
◄Небольшие этюды из жизни Забини и Малфоя: Фредерик Забини.
◄And the flashlights, and sudden explosions: Флоренция Забини.
◄Anger is a short madness.: Равен Дэвис.


►Me and my little princess: Хьюго Уизли.
►Teach me to be a good girl: Роза Уизли.
►Careful with touches: Дезмонд Райли.
►Больно только по живому: Гарри Поттер.
►Waste me: Каин Флинт.


▌devil in his eyes: Люси Уизли.

Ignis ardentes: de auditu

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ignis ardentes: de auditu » Путешествие в будущее. » ► Me and my little princess


► Me and my little princess

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Me and my little princess

участники: Хью и Лилс
время: декабрь.
место: это наше тайное место, не скажу!


http://i293.photobucket.com/albums/mm70/knevhtthedots/Tumblr/tumblr_lk0s5j31YL1qg9x30o1_500.gif
сюжет
есть вещи, которые нельзя хранить в тайне от лучших друзей.


примечания: фатальные обидки.

+1

2

Она блуждала по Хогвартсу со ставшей почти свойственной ей в последнее время задумчивостью. Сегодня был один из тех дней, когда ей хотелось побыть одной, хотя она редко позволяла себе такую роскошь. Роскошь, потому что действительно очень не часто позволяла себе одиночество в последние несколько лет.
Когда ты растешь в такой большой и дружной семье, как Поттер-Уизли, то почти отвыкаешь от этой привычки бывать наедине со своими мыслями подолгу, и может быть именно это и спасало ее все то время, когда она отчаянно старалась занимать себя всем подряд лишь бы не думать, не вспоминать, иногда даже не чувствовать. Ей иногда и впрямь было проще вникать в проблемы других, нежели заниматься своими собственными.
И она была благодарна всем тем, кто упрямо был рядом, даже когда она уверяла, что справится со всем и сама. Очень уж она любит это слова "Сама". Я справлюсь со всем сама. Иногда это самая большая ложь, которую только можно от нее услышать. Иногда она сама не понимает, как сильно ей нужен кто-то. Просто рядом, просто готовый подставить плечо.
И одним из тех, кто был вместе с ней буквально всегда, когда она в этом нуждалась, был ее неугомонный кузен и по совместительству лучший друг Хьюго. Всегда улыбчивый и гиперзаботливый, всегда понимающий больше, чем она говорит, всегда знающий, как заставить ее улыбнуться.
Они дружили с самого детства и прошли уже через многое, даже через то, через что в принципе не должны проходить дети. Только она не хотела сейчас об этом думать. На самом деле она очень часто вспоминала о маме, но скорее о прошлом, а не о том, как ее потеряла.
И вот этот самый Хьюго, который, кажется, с одного лишь взгляда умел определять ее настроение, сегодня заметив, что она отчего-то грустит, тут же обещал, что вечером вытащит ее к озеру и закидает ее снежками, чтобы она выкинула из головы всю свою осеннюю и уже совершенно не актуальную хандру. На самом деле он знал, что подобное состояние Лили к осени не имеет никакого отношения. Просто скоро канун Рождества и все помнили с чем связана эта дата для семьи Поттеров. Только он никогда ей не скажет об этом вслух, а просто возьмет и вытащит на прогулку, будет кидать снежки, и много смеяться, надеясь, что она улыбнется в ответ.
И только подумав о лучшем друге, Лилс вдруг совершенно отчетливо поняла, что вот как раз от его компании она сейчас совершенно бы не отказалась, несмотря даже на всю меланхоличность ее сегодняшнего настроения. Вот только где его поймать? Уроки давно закончились, а в гостиной она его не видела, хотя была там всего каких-то полчаса назад. Где могло носить это рыжее чудо? Да на самом деле, где угодно. Странно правда, что она не в курсе, тем более, что время движется к ужину и еще более странно, что он до сих пор не нашел ее, раз уж обещал вечернюю прогулку.
Но Лили Поттер натура весьма упрямая и если уж ей захотелось лицезреть кузена здесь и сейчас, а может даже засветить дружеский подзатыльник за безалаберность по части выполнения обещаний, то она своего добьется. Так что первым делом Лили решила направиться в их с Хью тайное место, которое было ничем иным, как одним из старых кабинетов, который так и не был до конца восстановлен, чтобы была возможность проводить там уроки. Уж если Уизли и пропадает где-то, то скорее всего там.
Пройдя еще несколько коридоров и наконец достигнув необходимой двери, девушка произнесла пароль:
- Черный шоколад с апельсиновым джемом, - да эти двое любили сладкое, и ничего с этим не поделать. Пароль уже менялся несколько раз и им не разу так и не удалось отойти от кулинарной темы.
- Ты про меня совсем забыл, Хью? Ну что ты.. - говорит девушка, переступая порог и обрывается на полуслове, видя что у лучшего друга и впрямь был повод забыть о ней на какое-то время. Повод весьма весомый, и очень неожиданный, если быть честной.
Она не сразу понимает, чему стала свидетелем, потому что сперва или полумрак или шок заслоняют от нее всю суть того, что происходило в кабинете. В их с Хью тайном месте. Месте, куда он привел кого-то другого, месте, где он с этим кем-то целуется. Она ошарашено отступает на шаг, видя как парни, заметив ее, отскакивают друг от друга. И дело в общем-то совершенно не в том, что ее лучший друг целовался с мальчиком, в конце концов, пятнадцать лет тот самый возраст, когда юношеский максимализм сподвигает на свершения даже тех, кто имеет куда меньшую тягу к различного вида экспериментам, чем дети Поттер-Уизли.
Куда более сложным все это делает тот факт, что поднимая взгляд, Лили вдруг замечает так хорошо знакомую татуировку птицы на шее. Она ведь от неожиданности даже не узнала со спины. Не поняла, что вторым парнем был не кто-нибудь, а Фред Уизли. Ее кузен. И кузен Хьюго.
- Я..- она открывает было рот, но понятия не имеет, что сказать, в голове со скоростью света проносится столько мыслей, что все они путаются в один большой нераспутываемый клубок, поперек которого большими буквами написано "Что здесь вообще происходит?"
Сейчас бы очень пригодился кто-то с фотоаппаратом, нет, не для того, чтобы запечатлеть кузенов Уизли,  а чтобы сделать, наверное, пока что единственную в своем роде колдографию, отражающую небывалую ситуацию: "Лили Поттер не знает что сказать". Было бы смешно, если бы не было так странно.
- Простите..-наконец выдавливает она из себя, сама толком не понимая за что извиняется, разве что за то, что прервала их на таком интересном моменте. Но серьезно, ты бы хотела зайти попозже, Лили?
Обо всем этом она успевает подумать, уже пулей вылетая из кабинета. Младшая Поттер даже не совсем понимает куда и зачем бежит. Наверное, просто подальше от шокирущего зрелища, желательно туда, где она сможет все обдумать и понять, что делать с открывшейся ей тайной. Конечно, можно предположить, что всему этому есть вполне рациональное объяснение. Они поспорили, или подловили друг друга на слабо, напились, в конце концов, или..миллионы "или" крутятся у нее в голове, но не одно из них не кажется ей хотя бы отдаленно правдоподобным. И именно в этот момент она вдруг понимает, что если она узнает, что это лишь  их какой-то очередной бестолковый эксперимент, то просто врежет обоим не задумываясь и дело с концом. А вот если для всего этого вдруг есть куда более глубокие причины, все будет намного сложнее и она пока не могла ручаться как именно.

+3

3

Хьюго любил зиму. Нет, он, конечно, любил все времена года, но зиму особенно. И День Рождения, и Рождество, и Новый Год. Эти шумные каникулы в Норе, куча подарков: тех, которые дарят тебе и тех, которые даришь ты. И целое море снега: искрящегося и ослепительного, переливающегося радугой, обжигающе холодного. Альбус и Лили должны были возненавидеть это время года, так часто им приходилось есть этот сказочный искристый снег благодаря новым играм самого мелкого Уизли. И только Хьюго, кажется, был рад даже тогда, когда снежки попадали ему в лицо. Он светился, сверкая красными от мороза щеками и заводил привычку неожиданно выскакивать из-за кустов и обсыпать друзей снегом. А поскольку он считал друзьями половину Хогвартса, то в снегу ходили все, и в Большом Зале, оттаивающие студенты, выжимая теплые мантии, сидя в лужах растаявшего снега, костерили на все лады невыносимого Хьюго. А он носился по мокрому полу, скользя в лужах и сбивал с ног зевак. Хьюго обожал все эти колючие толстые свитера бабушки Молли, в которые облачалось с наступлением холодов все семейство Поттер-Уизли и больше всего, конечно, красный с золотыми снитчами. Ну, еще оранжевый с метлами. И желтый с морковками. Эти самые морковки, благодаря бабушкиному свитеру, казались Хьюго ужасно новогодними, они сверкали своей ослепительно зеленой ботвой, как бенгальские огни снопом искр и вот уже неделю, каждое утро в гриффиндорской гостиной, поставленная очень заранее елочка, оказывалась украшена не стеклянными шариками, а самыми живыми и хрустящими морковками.
   Но эта зима стала совершенно особенной. Хьюго казалось, что в этом году снег еще белее, солнце еще пронзительнее, пол еще лучше скользит, а воздух еще свежее. Рыжик не привык задумываться и рефлексировать, он не искал в происходящем вокруг себя тайных смыслов, не считал чужие поступки поводом для расстройства или уныния. Именно поэтому он бы тем уникальным, неповторимым подростком, в чью жизнь любовь не принесла страдания. Он не знал необходимости пристально следить за объектом своего обожания, выискивая в его поступках промахи и поводы для обид. Не считал, что кто-то кому-то чем-то обязан. Поэтому он имел удовольствие просто наслаждаться теплом между лопатками от ощущения взгляда в спину. Хьюго ходил практически вприпрыжку, мурлыкая про себя своему маленькому кошачьему счастьецу и с удовольствием поставлял кудрявую макушку под ласковую ладонь. Это никого не удивляло, Хьюго всегда вис на своих обожаемых кузенах. Только он сам знал, что Фред стал гладить его по голове совсем иначе.
   Эта зима вполне могла бы стать самой замечательной, если бы Лили не взяла манеру грустить чаще, чем обычно. Хьюго смотрел в эти огромные грустные глаза и задумчиво хмурился. Такое выражение его лицо всегда принимало в моменты глубоких раздумий. Он не знал, как утешают девчонок, он вообще не знал, как утешают. Поэтому имел обыкновение вести себя с теми, кто требует утешения так, как будто собеседнику требовалось не сочувствие, а праздник. Поэтому новой зимой Лилс рисковала поправится еще до новогодних застолий: Хьюго закармливал ее шоколадом и кексиками, и обязательно выдавал по одной конфетке за каждую случайную встречу, приносил ей самые интересные книги и рассказывал самые невероятные истории. Но на сегодняшний день у него был поистине грандиозный план в отношении любимой подруги. Хьюго пробегал все утро, готовя идеальный сюрприз, и ничто не могло стать на пути его энтузиазма, кроме красной шерстяной спины, в которую он врезался посреди коридора. Спина оказалась удивительно знакомой, обтянутой таким же мягким шерстяным свитером, как и его собственная. Фред обернулся к нему с насмешливой улыбкой и Хьюго мгновенно забыл обо всех своих ужасно важных планах, когда цепкие пальцы привычно обхватили его подбородок. Нужно было куда-то деться из коридора, куда-то срочно спрятаться, как в один из тех замечательных шариков, в которых идет снег, если хорошенько встряхнуть.
   В этом кабинете было черно и, кажется, до сих пор пахло гарью. Хьюго знал, что если поскрести угольную поверхность первой парты, можно доскрестись до обычного дерева. Под преподавательским столом они с Лилс складывали любимые товары из УУУ. А на этом столе он сейчас сидел, млея от тонких пальцев под колючим свитером. Он раскраснелся и совсем уже задохнулся, на секунду оторвался от Фреда, чтобы сделать вдох и замер, как замороженный.
- Я... Простите... - хлопает дверь, скрывая за собой тонкую девичью спинку, и Хьюго отмирает, срываясь с места, выскакивая следом.
- Лилс! Лилс, подожди! - он мчится за подругой по коридорам и лестницам. Вроде девочка должна быть слабее, так почему же она так быстро бегает? Хьюго нагоняет ее нескоро, хватая за острый локоток, - Подожди, Лилс, ты все неправильно поняла! - он запускает руку в свою кудрявую шевелюру, ерошит и без того стоящие дыбом волосы, - Хотя вообще-то не знаю, что ты там поняла..., - говорит он растеряно.
   Хьюго не знает, как вести себя, он никогда не попадал в такие ситуации. Наверное, потому, что у него никогда не было никаких тайн от друзей. Особенно от Лили. По всей видимости, потому что они с Лил все делали вместе, и все, что можно было от нее скрыть, она и так знала. А тут такая глупость... он как-то не предполагал, что вообще стоит кому-то рассказать. И непонятно: а что вообще нужно рассказать? "Привет, Лил, я встречаюсь с наши кузеном"? Или "Хэй, Лил, я не могу сегодня печь шоколадный бисквит, я занимаюсь сексом с Фредом"? Хьюго вообще не был уверен, что смог бы найти слова, которые в точности описали бы это. И теперь, глядя в большие темные глаза Лили, он пытался понять, что же сказать ей, чтобы она поняла? Эта девочка с птичьими ключицами и крылатыми ресницами, которая знала про него все-все-все... что будет, если окажется, что она совсем не знает его и знать то не хочет?
- Лилс... ты... не хочешь мороженого?

+2

4

Она не различала коридоров, по которым проносилась вихрем, не зная когда научилась так быстро бегать и понимая задней мыслью, что от увиденного не убежишь, даром, что кабинет с его неожиданными обитателями остался далеко позади, картина произошедшего так и стояла перед глазами, маячила, не давала покоя. Она даже не слышала окриков Хьюго, неустанно следовавшего за ней по пятам, и тем не менее была почти благодарна, что он догнал ее, схватив за локоть, остановил эту бесполезную игру на перегонки с открывшейся очевидностью.
Она резко оборачивается, видя, как кузен поднимает на нее растерянный взгляд, пытается что-то объяснить, но сам путается в словах, не хуже, чем она сейчас путается в своих мыслях, и все еще не выпускает ее локоть, будто боится, что она снова сорвется с места и сбежит. И она даже не знает так ли он далек от правды, потому что совершенно не уверена, что готова говорить с ним сейчас, сама толком еще не зная, что думать об увиденном.
Что она вообще должна была думать и как "не так" она все поняла? Как еще это можно понять? И она боится представить, что было бы лучше, чтобы это было обычной мальчишеской выходкой или чем-то большим..
Но чем по-настоящему большим это может быть, Лили? Ты думаешь, что так и правда бывает?
Но если начинать задумываться еще и об этом, то в голову приходит еще миллион и один вопрос без ответа. Если хотя бы на секунду представить, что за всем этим стоит нечто большее, разве он бы ей не сказал?
Хью, ее лучший друг с самого детства, с которым у них никогда не было секретов.
Но может ты отчасти сама виновата, Лили? Иначе первой мыслью было бы то, что это не может быть чем -то серьезным. Шалость, спор, глупость, все что угодно, но не тот вариант, который ты пытаешься просчитать. Почему ты вообще думаешь об этом в таком ключе? Может быть дело в том, что ты чувствовала, что что-то изменилось в последнее время? Чувствовала, как что-то едва уловимое, незримое, непонятное поменялось в твоем личном генераторе улыбок по имени Хьюго Уизли, сделав его, казалось, еще жизнерадостнее и светлее, если такое вообще было возможно? Может ты просто была слишком занята собой или другими, чтобы спросить об этом? И потому, сама того не желая, получила ответ в таком виде.
И все эти вопросы возникают будто из ниоткуда, тянут за собой следующие, мечутся нескончаемой чередой в ее рыжей голове. И вместо того, чтобы гадать, лучше бы просто спросить, но она почти боится услышать ответы.
И она не находит ничего лучше, чем накричать на него, скорее просто из желания хоть как-то излить избыток эмоций, нежели злясь на него по-настоящему.
- А как я это должна была понять, Хью? Как ты прикажешь реагировать? По-твоему я должна была просто тихо прикрыть дверь со словами "продолжайте, ребята, не хочу мешать вашему непонятно чему" и спокойно отправиться по своим делам, как будто ничего не произошло? Ты думаешь я настолько привыкла ко все выходкам нашей семьи?
На самом деле она и правда привыкла ко многому. К тому, что в особенности ее многочисленные братья и кузены, были порой невыносимыми, но всегда крайне необходимыми ей. Она их любила. И давно привыкла стараться понимать и принимать самые разные их поступки, в конце-концов, она сама бывала не лучше.
Лили вообще всегда считала их семью особенной. Не из-за фамилии или прошлых заслуг родителей, и даже не из-за рыжих волос. Их семья была особенной по характеру, по духу, атмосфере. И в этот характер входила не только любовь к большим и шумным семейным праздникам, домашним матчам по квиддичу и теплым и немного колючим свитерам бабушки Молли. Этот характер включал в себя еще множество привычек и качеств, одним из которых являлась иногда совершенно не преодолимая тяга к экспериментам и авантюрам. С детства играющие с игрушками из магазина "УУУ" младшие Поттер-Уизли уже в довольно в раннем возрасте научились тому, что например, опробовать новый фейерверк в гостиной, рискуя подпалить пару занавесок, очень даже ничего такой эксперимент.
Но тогда им было по пять, а сейчас они росли и взрослели и эксперименты взрослели вместе с ними. И несмотря на всю сплоченность, иногда они просто не успевали уследить за тем, в какую сторону занесло отдельно взятого родственника. "Занесло" - очень подходящее слово, потому что умение останавливаться вовремя было тем, чему они так и не научились в совершенстве. Зато они вполне умело перегибали палку и не боялись это делать, что тоже было частью их "характера".
Нет, вы не думайте, что они похожи межу собой, потому что это было совершенно не так, они все были очень разными, индивидуальными, но в каждом из ни было что-то такое особенное от их семьи.
И вот поэтому, она думала, что все увиденное могло быть лишь еще одним большим экспериментом. Это бы многое облегчило и прояснило, только она не знала, в действительности ли она хотела, чтобы все было именно так.
- Если это какой-то ваш очередной долбанный эксперимент, то тебе лучше сказать об этом сразу, - заявила девушка, методично тыкая кузена тонким указательным пальчиком в грудь на каждое свое слово.
Она ждала его ответа, объяснений, которые помогут ей разложить все по полочкам, но он молчал.
- Ты не хочешь..мороженного? - вопрос не менее странный, чем вся ситуация в целом. Он мог бы застать ее врасплох своей наивностью и абсолютным не соответствием ситуации, если бы она не знала Хьюго так хорошо. Но как ни странно именно этот вопрос прерывает поток ее возмущений:
- Хью, у тебя горло вчера болело, какое тебе мороженное, - совершенно машинально отвечает она, сбавляя тон. Так часто бывает, когда ты любишь кого-то, то забота о нем сквозит даже между обвиняющими криками. Она привыкла заботится о Хью, и она любила это делать и его любила, ей нравилось то, что они были не только семьей, но и самыми настоящими друзьями, что они многое делали вместе, что знали друг о друге все, думали, что знали.
- И если не ждал незваных гостей в нашем с тобой тайном месте, поменял бы пароль, чтобы я не могла туда войти, это пошло бы на пользу всем нам, - в голосе какая-то абсолютно детская обида, она вглядываешься в до боли знакомое лицо кузена и не может понять, какие изменения хочет там отыскать. Просто в голову вдруг приходит мысль о том, что это первый и сразу излишне большой, какой-то даже тяжелый секрет, который был у него от нее. Секрет который не гарантирует, что он единственный в своем роде, что она на самом деле знает лучшего друга так хорошо, как думала. Быть может у него еще вагон и маленькая тележка секретов, а она глупенькая думала, что у них полное доверие. И наверное именно это было тем, что так сильно пугало ее. Эта внезапная мысль о том, что она может и не знает его совсем, что все их тотальное доверие это лишь воздушный замок, что так далек от правды, что она может вдруг его потерять.
- Хью, объясни, что происходит, - говорит на удивление тихо, - только без всяких там "ты не так поняла", только не ври мне, ладно?

Отредактировано Lily Potter (2014-10-29 22:08:27)

+2

5

- Ты думаешь я настолько привыкла ко всем выходкам нашей семьи? - Хьюго дернулся и помрачнел. Это "выходки" было сказано так, как-будто Хьюго сделал что-то ненормально, идиотское, что-то опасное для других, что-то, на что он не имел права. Рыжик настолько не привык к тому, что подруга относится к его идеям подобным образом, что даже задохнулся, не находя под языком слов. Совсем. Лили не возмущалась когда Хьюго подкидывал лягушек в кровати всем знакомым, она даже помогала ему. Даже когда оказалось, что лягушки, которых они подкидывали уже вместе, ядовиты. Даже перевязывая многочисленные ссадины и вывихи Хьюжика, она бурчала себе под нос, фыркала на него, но никогда не осуждала всерьез. И вот теперь, она осуждает его и за что? Хьюго осекся, краснея густо и ярко, как краснели только безнадежно рыжие и ужасно наивные люди. Он закусил губу и впервые за несколько месяцев задумался о том, насколько на самом деле неправильно то, что они с Фредом делают. И теперь ему этим фактом тычит под нос тот человек, от которого он меньше всего в своей жизни ожидал осуждения. А ведь на самом деле они с Фредом наплевали на такое количество моральных условностей, что пришлось бы хорошо постараться, чтобы нарушить еще больше. И если к гомосексуализму маггловский мир начинал привыкать, и даже иногда уважать. То совращение малолетних нигде и никогда не поощрялось. И уж тем более инцест. Гласом совести в голове Хьюго всегда работала бабушка Молли. Когда рыжик делал что-то неправильно, то есть практически всегда, в черепушке под рыжими кудряшками громогласно и назидательно звучало: "Хьюго! Паршивец, мелкий! Ты что творишь?". И на ряду с этим тягуче разливались комментарии Фреда: "Умница, мелкий, на правильный путь встал! Продолжай в том же духе!". И тогда Хьюго старался выбрать между одним и другим. Но сейчас оба голоса в голове надрывались так громко и почти истерично, что черепушка должна была скоро лопнуть от неадекватного давления. В голове уже начали щелкать какие-то правильные винтики, но тут с мысли его сбил острый пальчик, воткнувшийся в ребра.
- Если это какой-то ваш очередной долбанный эксперимент, то тебе лучше сказать об этом сразу, - зашипела эта хрупкая девочка, не хуже ядовитой гадюки. И Хьюго покоробило то, как она говорила о том, что было для него так важно. Как-будто взяли великолепный пирог бабушки Молли, больше похожий на произведение искусства, чем на еду, и выкинули в мусорку. И даже несмотря на то, что он сам только что осознал каким неправильным все это было, мнение Лилс хотелось отряхнуть с себя, как пыль с одежды. А ведь именно этот человек раньше мог отговорить его от чего угодно. И Хьюго ощерился иголочками, надувшись, как морской еж. С ним происходило такое ужасно редко. Мало кому доводилось увидеть рыжика хмурым и обиженным.
- Хью, у тебя горло вчера болело, какое тебе мороженное, - возмутилась Лили и на мгновение все стало казаться таким, как обычно: Хьюго косячит, Лилс бурчит. Или наоборот. Кто кого плотнее укутал, кто забыл надеть шапку, кто на ужине не доел. Самая обычная картина на свете: агрессивная забота самых мелких Уизли. Так, собственно, было каждую зиму: Хьюго наедался мороженным, не делая разницы между сезонами, когда дело касалось любимого лакомства. Обязательно заболевал, приходя в гостиную с целым мешком снега в рукавах и ботинках. И с большим удовольствием лечился теплым чаем с малиновым вареньем. И рядом обязательно сидела Лили, с какой-нибудь ужасно интересной книжкой и читала Хьюго вслух, чтобы он не напрягал больные глаза и свою бедовую больную голову. Больничное Крыло Хьюго недолюбливал и болел исключительно так, под аккомпанемент тихого, ласкового голоса лучшей подруги. Но сейчас момент ушел, отражением в стекле. Никакого пледа, никакого чая. Очень злая Лили.
   И Лилс продолжила воинственным тоном, и Хьюго не знал как сможет объяснить ей, что чертов пароль был последним о чем он подумал. Что он вообще ни о чем не думал. Да он, черт побери, никогда не задумывался особенно о последствиях своих действий! Но какая вероятность была, черт побери, того, что Лилс зайдет в кабинет именно в этот момент? Но даже не этот упрек по-настоящему обидел Хьюго. А брошенное в раздражении: "...это пошло бы на пользу всем нам...". Как-будто Лилс не просто обижалась на то, что он утаил от нее такую важную часть своей жизни. А даже и не хотела никогда знать об этой мерзости, была бы счастлива, если бы это обошло ее стороной. Почему-то, Хьюго никогда в жизни не задумывался о том, что его могут не принять в его семье, не такие у них были отношения. И уж тем более, что близкий друг мог не принять его. Он готов был уже разразится обиженной, горячей тирадой, но Лилс вдруг стала такой еле слышной, потеряной и маленькой, что рыжик растерялся.
- Хью, объясни, что происходит, только без всяких там "ты не так поняла", только не ври мне, ладно?, прошептала она с какой-то затаенной надеждой, что вот сейчас Хьюго взмахнет палочкой и все снова станет просто.
-Ладно, - так же тихо ответил Хьюго, но вместо того, чтобы говорить, замолчал. А что он мог объяснить? Как-будто он сам знал, что происходит. Рыжик потер щеки и страдальчески нахмурился, - Я не знаю, как смогу объяснить это Лилс... - наконец выдавил он и снова помолчал, мучительно подбирая слова. Он никогда особенно не задумывался о том, что говорит. Просто говорил и все, слова спрыгивали с его языка до того, как в черепной коробке начинали шевелится мысли. И, возможно, это было к лучшему, потому что мысли его порой шли совсем не в том направлении. Но сейчас не было ни мыслей, ни слов. Были только ощущения, чистые, светлые и очень теплые. И как описать их словами, рыжик не знал. - Все было так, как ты увидела, - решил начать с простого он, - мы целовались. Мы часто целуемся, - он отвел глаза и поежился. было ужасно неуютно посвящать кого-то в то, что внезапно оказалось его большой личной тайной, словно бы он открывал дверь, чтобы впустить кого-то с улицы и по ногам хлестал злобный уличный сквозняк, - Это нормально. Люди, которые друг-друга любят - целуются, - он говорил как-то рублено, так аккуратно подбирают слова, чтобы объяснить маленькому ребенку, что такое "2+2", когда ребенок не понимает зачем вообще что-то с чем-то складывать. И тут медленно, но верно до него самого дошел смысл сказанного. Он поднял на сестру испуганные, огромные глаза, сдавленно кашлянул, зажмурился и посмотрел на нее уже твердо и с вызовом, - Я был не прав, что не рассказал тебе об это раньше, потому что ты мой друг. Прости. Но если ты не примешь меня таким, значит мы все-таки не друзья, - он сжал кулаки за спиной, чтобы скрыть отчаянную дрожь в пальцах: Лили была последним человеком, которого он хотел потерять...

+2

6

По мере ее тирады он то краснел, то бледнел вместе с тем, как она все повышала и повышала голос.
Но за накрывшей ее волной эмоций она как-то запоздало заметила, как он вдруг ощерился от ее обвинительных слов. Только она не успела понять, от каких именно. Но, что она прекрасно понимала, так это то, что так не реагируют на то, что и впрямь является экспериментом. И честно говоря, ему и отвечать не нужно было, чтобы она поняла, что все это не игра и не выходка, как она с горяча назвала увиденное, это что-то гораздо более важное и дорогое для рыжика. Но вот насколько все это по-настоящему глубоко, девушка поняла лишь тогда, когда он все-таки заговорил.
- Это нормально. Люди, которые друг-друга любят - целуются.
Что-то в этом предложении не вязалось между собой. Вроде бы все логично, но если вдуматься. Если примерить непосредственно к их ситуации. Они были кузенами, а Хью к тому же еще совсем не взрослым. было ли это действительно настолько нормальным, насколько он пытался показать? Она не знала. Она не привыкла осуждать людей, и редко это делала. Она могла осудить подлость, предательство, трусость. Но во всем произошедшем, она не видела ничего такого. Может стоило бы..потому что это было бы вполне оправданным в этой ситуации. Увидеть какую-то аморальность что ли. Но она все равно не видела. Может быть потому, что это не было тем самым экспериментом в котором она обвиняла Хью в самом начале. Может быть потому, что это пронзительное слово "любить" почему-то так резало слух.
Она поднимает взгляд на кузена и видит это в его глазах. Это все не просто так, это все по-настоящему. Для него.
И это все меняет, потому что для нее слово "любовь" это что-то такое особенное, что-то, за что стоит бороться, что является главной ценностью. Она выросла на рассказах о людях, которые сражались за тех, кого любят. Она была дочерью той, кто закрыла мужа собой, спасая от непростительного. Для нее это слово оправдывало многое. Порой даже слишком. И если Хью действительно чувствует это так..если для него это та самая, пусть не обязательно вечная, но первая любовь.
Она может его понять.
И все это кажется каким-то очень трогательным и почему-то немного обидным одновременно. Наверное, так случается всегда, что рано или поздно в твоей жизни появляется кто-то главный и ты забываешь о всех остальных, и ставишь им ультиматумы..или так или никак. Будто они, эти остальные, уже совсем не важны. И ты готов их потерять.
А она ведь не готова. Лили до дрожи боялась потерять лучшего друга. Она вообще боялась терять близких.
Она смотрит на Хью и молчит, вспоминает какие-то их моменты, смешки, глупости, на которые они всегда были так горазды. То, как она заваривает ему горячий чай и читает книгу, когда он болеет, как летом,  особенно в сильную жару, он пачками таскает ей мороженное самых разных вкусов, а иногда подкрадывается сзади  и выливает на нее ведро холодной воды, чтобы потом долго бегать от нее, заливаясь смехом. Она вспоминает, как на Рождество, которое они все равно празднуют всей семьей, перед тем как встретиться чуть позже в Норе, он обязательно еще с утра в Сочельник успевает буквально на несколько минут объявиться в доме Поттеров, чтобы первым ворваться в ее комнату, и разбудить без зазрения совести, если этого еще не сделали братья. Всегда шумный и улыбчивый он подсовывает ей подарок и какую-нибудь новую модификацию ее любимого яблочного пирога с каким-то очередным сумасшедшим названием.
Эти воспоминания заставляют ее грустно улыбнуться. Она вдруг понимает одну простую вещь. Это ее Хью. Такой вот улыбчивый, смешной и излишне заботливый. Ее лучший друг и кузен в одном флаконе. Она знает его с самого его рождения..И потому она бы приняла его любым.
- Ты не понимаешь, - она качает головой, с какой-то затаенной грустью, смотря в глаза кузену, - я приму тебя любым. Потому что это ты. И все, что важно для тебя, важно для меня. И если ты его любишь то..- ей довольно сложно подбирать слова. Все-таки эта тема не входит даже в десятку самых популярных тем для разговора, по крайней мере в таком аспекте.
- Я наорала на тебя, только потому что была в шоке, потому что не знала, что думать, не знала, что это важно для тебя. Прости, если я задела тебя неправильно подобранными словами. Я могу это понять и принять.  Особенно потому что это касается тебя. Потому что ты мой лучший друг, и я тебя люблю, Хью...только..- почему бы ей не остановится на этом, почему бы просто не сказать, что все в порядке, ведь она искренне говорит, что готова принять все, чему стала свидетелем и все, что он ей рассказал, хотя ей определенно понадобится какое-то время, чтобы все это полностью осознать и привыкнуть. Но прелесть ее возраста в том, что представления о том, как все должно быть еще довольно пластичны, и взгляды еще широки, и консерватизм еще не добрался до суждений, и она и правда сможет привыкнуть зная, как сильно это важно для Хью.
Но почему это не все, что она чувствует, почему еще какая-то обида так и плещется внутри.
- Если бы я не увидела..ты бы не скоро мне рассказал, да? Если скажешь, что все это недавно, то я не поверю..пару месяцев уж точно прошло, верно? Я представляю, что о таком не просто рассказать, но..я бы хотела узнать это от тебя. Не так, случайно наткнувшись и поставив и себя и вас в неловкое положение, и уж точно не получив ультиматум. Я знаю, что он для тебя теперь самый особенный, я рада, если ты счастлив с ним. Но ты так это сказал..будто ты запросто готов перечеркнуть всю нашу дружбу длиной в пятнадцать лет..-голос дрожит. Они дружили слишком долго, чтобы иметь возможность сказать, что их отношения никогда не проходили проверку на прочность. Проходили..но по большой части все было так гладко, что они вообще редко ссорились или обижались друг на друга. По этому едва ли они были готовы к такой большой проверке их дружбы.
Она машинально отступает на шаг назад и отводит глаза, чувствуя себя как-то некомфортно. Могла ведь промолчать..но вряд ли бы простила себе, если бы скрыла свои эмоции от кузена. Они никогда так не делали. Старались быть максимально честными друг с другом. И она не хотела это менять.
Поэтому не промолчала. А еще потому, что это было обратной стороной ее эмоциональности. Она редко умела держать чувства в себе, не поддаваться на них.
Ты как обычно сама все усложняешь, Лили.

+4

7

Хьюго слушал лучшую подругу и его внутренние голоса пели нескладным хором так громко, что кажется Лилс тоже должна была слышать их. Здесь были Высокие мажорные ноты радости: Лили никогда не отвернется от него, она любит его не за "что-то", а просто так, от чистого сердца, они всегда будут дружить, даже когда превратятся в маразматичных старичков и будут бить друг-друга палками, подозревая соседа в поедании своих таблеток. Другие низко и заунывно тянули, что он умудрился обидеть единственного человека, который за всю жизнь, не сделал ему ничего даже приблизительно плохого. Рыжему очень редко бывало стыдно. Практически, никогда. И не потому, что он был бесчувственным чурбаном, плевать хотел на чувства других людей или наслаждался своей значимостью в душевных страданиях окружающих. Он просто не умел концентрироваться на чем-то в силу общей невнимательности организма. Если бы он замечал, что обижает людей, то ему, конечно, было бы стыдно. Минуты две, возможно. Пока бы он не забыл об этом. Но Лили была слишком важным человеком, чтобы он мог забыть о том, что стал поводом ее расстройства. С третьей стороны, Лилс явно забыла о всех своих прочих переживаниях и это было потрясающим достижением. Уж пусть она фыркает на него, они все-равно помирятся, потому что Рыжик любит ее до безумия. Рыжик вообще не может быть проблемой, потому что он всегда готов на примирительный пирог и покатать на плечах. Зато она не думает о каких-то там своих глупостях, которые не дают ей спокойно радоваться жизни. Можно считать, что со своей задачей Хьюго справился. Осталось только придумать как помириться с кузиной. Но на этот случай еще оставалось то средство, которое он приготовил для того, чтобы Лилс не думала о глупостях. То есть лечение придется применять, чтобы вылечить последствия другого лечения.
   Хьюго ухватил сестру за руку и потащил во вполне определенном направлении. Сложно ждать от девушки, которая на него обиделась покорности. Но видимо Лили настолько привыкла без лишних вопросов нырять в авантюры рыжика, что просто растерялась. Они вообще редко задавали друг-другу такие вопросы: "Куда? В лес? Под дождем? Босиком? Отлично!" и зачем что-то уточнять, если и так понятно, что это очередная авантюра с риском для нервов родителей.
- Сейчас мы бегом в башню и я буду извиняться, - тараторил он на бегу, издавая слов в минуту больше, чем это было анатомически возможно, - Извини меня, пожалуйста, просто знаешь, ну бывают такие вещи о которых ты и не думаешь, что нужно кому-то рассказать. Ну, вот, например, я с утра просыпаюсь, а у меня веснушек на две меньше чем вчера, я же тебе не побегу счастьем хвастаться?! - о том, как Хьюго не любит свои веснушки, знали все. И как каждую весну он обмазывал щеки сметаной и лимонным соком и каждое утро пересчитывал веснушки на носу. Поэтому, собственно, Хьюго не нужно было кому-то сообщать численность веснушек, результат обычно был написан на его физиономии и в прямом смысле и в переносном, - Понимаешь? Тем более, что оно ведь не просто бум и приключилось - беги рассказывай! Сначала ведь ничего не понятно, и потихоньку так. И нет такого, что в одно прекрасно утро внезапно проснулся и все осознал. Поэтому я и не сообразил когда рассказывать. Извини меня, пожалуйста, я больше не буду ничего от тебя скрывать! Я тебе все-все буду рассказывать! И сколько конфет слопал! И сколько перьев сломал! - в гриффиндорской гостиной никто не обратил особого внимания на этих двоих: обычная ситуация, опять что-то придумали, - Так, живо сейчас к себе, надеваешь теплую мантию и сюда! - констатировал рыжик, с видом капитана пиратского корабля. Казалось, что сейчас он закроет один глаз и заорет с хрипотцой: "На абардаж!". Выдав Лилс ценное указание, он не сбавляя скорости побежал в спальню мальчиков, накинул свою мантию, выудил из-под кровати приготовленную сумку и унесся обратно, под философскими взглядами однокурсников.
   Дождавшись сестру, он ухватил ее свободной рукой и забег продолжился:
- И за то, что я наговорил, ты меня тоже прости, ладно? Я просто перепугался. Просто куда я без тебя? Вот ты там стояла такая возмущенная, говорила, что я гадостями какими-то занимаюсь. И я подумал: вдруг ты решишь, что я такой плохой и со мной больше общаться нельзя! Нет, я понимаю, что ты меня любишь, я же тоже тебя люблю. Но я перепугался просто. Ну, я говорил уже. Вот. Понимаешь? Ну, и все. В общем, давай забудем, ладно? Я вот сейчас перед тобой извинюсь и все будет хорошо, ладно? - они выбежали на улицу и Хьюго потащил Лилс в сторону от замка, - Я предлагаю эксперимент! Мы будем первопроходцами! Самыми смелыми гриффиндорцами в истории Хогвартса! Хоть один из нас жалкий трус, но за это я уже извинялся! - Их пробежка привела на берег озера, где Хьюго наконец выпустил руку Лилс и бросил сумку на снег, - Emorbilas Forte! - выкрикнул он, взмахивая палочкой. От его ног по черной глади воды побежала волна синего льда, образуя замерзший пяточек площадью с несколько средних аудиторий, вода в пару минут промерзла до илистого дна, Хьюго постучал пяткой по новой природной аномалии и довольный собой, присел на корточки возле сумки, извлекая на свет две пары коньков.
- Вот! Спешите видеть! Первое в истории использование хогвартского озера в роли катка! У нас есть час, пока вода не начнет таять! За вылет со льда в воду я назначаю штраф! Буду кусаться! - Хьюго поднялся, довольный собой и протянул Лилс одну пару коньков. Это был торжественный жест, полный своей значимости. С таким же видом Хьюго мог бы стать на одно колено и протягивая Фреду кольцо, спросить согласится ли он стать его мужем. То есть рыжик как всегда нес полную околесицу, будучи свято уверен, что вершит судьбы человечества.

+2

8

У них всегда было так. И то, что Хью, как любой другой в подобной ситуации, не стал неловко опускать взгляд и переступать с ноги на ногу, пытаясь уладить конфликт, вовсе не значило, что он не чувствовал себя виноватым. Он знал, что она была обижена и понимал, что ситуацию надо исправлять. Только он не привык делать это общепринятыми способами. Он вообще мало что делал как все.
И поэтому, в следующее мгновение он уже тараторил извинения, однако, при этом умудрившись уцепиться за руку Лили и потащить ее куда-то по длинным коридорам.
И такой вот подход совершенно нельзя было назвать неуважением к чужим чувствам, скорее это было умением перекрывать одни чувства другими.
Они часто так делали по отношению друг к другу. И не то, чтобы они не были теми, кто мог поговорить по душам. Подобные разговоры тоже бывали в репертуаре, но чаще как вынужденное средство, потому что куда больше они привыкли лечить хандру действием.
Клин клином выбивает.
Лили и Хью не раз проверили эту поговорку в действии.
Может быть когда-то, кроме всего прочего, именно подобная схожесть характеров этих двоих и сделала их настоящими друзьями. Хотя вопрос, конечно, всегда будет спорным, ведь всегда остается шанс, что черты в которых они были похожи, обсуловливались взаимным влиянием друг на друга, которое они оказывали с самого раннего детства. Ведь они на самом деле росли фактически вместе все прошедшие четырнадцать с лишним лет.
И поэтому если Лили и позволяла молча тащить ее по направлению к гриффиндорской гостиной, то скорее просто потому что привыкла к неожиданным спонтанностям кузена, нежели потому что действительно опешила. Хотя в первое мгновение она и впрямь хотела возразить. Но подумав буквально секунду, она поняла, что не будет вырывать руку из ладони Хьюго. Потому что этот жест значил бы и впрямь, что что-то надломилось в их прочных отношениях. А этого она хотела меньше всего.
Тем более, что Хью уже выдавал миллион извинений в секунду, пытаясь объяснить, что никакого ультиматума и не имел в виду. Она и слова вставить не успевала, но как ни странно, просто молча ему верила. Лили знала, что Хью любит ее не меньше, чем она его. И никогда не обидел бы намеренно.
Просто любые отношения так или иначе сталкиваются с какими-то препятствиями на пути. И она хотела, чтобы их эти препятствия делали только сильнее.
В конце-концов, проверенные отношения лучше просто отношений. И такие вот ситуации в итоге лишь заставляют ее лишний раз поблагодарить Мерлина за такого друга как Хью.
Собственно, она успела его простить еще до того, как он пообещал ей, что будет теперь рассказывать все - все прям привсе. А Лили, прекрасно зная своего кузена, вполне могла представить себе масштаб катастрофы. Болтливый Хью мог заболтать кого угодно и даже ее врожденный иммунитет к шумности Уизли-Поттер, вряд ли бы ей помог.
Но на самом деле она и так знала о Хью очень много. Даже сколько он сломал первьев в день, учитывая, что учились они вместе и в библиотеку ходили вместе и много чего еще делали вместе. Но вот оказывается, что иногда как много бы времени ты с человеком не проводил, можешь запросто упустить что-то самое главное.
А она не хотела упускать ни единого важного момента в жизни кузена и потому была готова слушать даже про его веснушки, и перья, и про все, про что он сочтет нужным ей рассказать, лишь бы больше не бежать с ним на перегонки, не ругаться, срывая голос, не отступать на шаг, смотря на него как на человека, который кажется тебе чужим.
И поэтому она послушно поднимается в спальню и берет там теплую мантию, и потом они продолжают свой марафон до озера. Хью все-таки сдержал обещание. И как обычно ее удивил, потому что как только они подходят к озеру, она понимает, что его задумка вовсе не в том, чтобы чинно прогуливаться вокруг.
- Ты не трус, - покачала головой девушка. Она правда так считала. Очень смелым нужно быть, чтобы признать хотя бы перед самим собой чувства. Особенно те, которые наверняка и тебе самому сперва кажутся неправильными и которые едва ли примет вся общественность. Так что гриффиндорка вполне могла понять, что ему не так то просто было рассказать об этом кому-то. Даже ей.
Хью достает две пары коньков и девушка не может сдержать улыбку. Когда-то давно, когда им было еще лет по пять, тетя Гермиона вместе с ее мамой впервые отвела их на маггловский каток. Лили до сих пор помнила восторг, что почувствовала тогда. И все их первые неуклюжие попытки встать на коньки, и мамин звонкий смех.
С тех пор они частенько ходили кататься, когда были на зимних каникулах, но после того как погибла мама, она почему -то забросила это дело, как и многое из того, что было как-то связано с воспоминаниями о ней.
Она всегда думала, что не захочет снова встать на коньки.Что будет много вспоминать и катание превратится в прогулку по прошлому, которое уже не вернуть. Но как ни странно, она чувствовала себя почти счастливой натягивая коньки. Она думала, что воспоминания могут лишь причинять боль, но на деле, они делали ее ближе к маме.
- Просто не забывай, что можешь доверить мне все что угодно, ладно? Для этого и нужны друзья.. а ты - мой самый лучший в мире друг, - улыбнулась она, зашнуровав коньки и осторожно вставая на снег около озера, еще не решаясь ступить на лед.
- Ну ты и выдумщик, - усмехается она, с сомнением глядя на лед, - у тебя по заклинаниям то какие оценки? а то мало ли чего ты там наколдовал, - смеется девушка, прекрасно зная все его оценки, но не отказывая себе в удовольствии поддеть брата.
Честно говоря, она не была до конца уверена в затее рыжика, но..доверие, оно либо есть либо нет. И дело не только в общих секретах. А потому Лили бесстрашно ступает на лед. Еще мгновение и вот она уже скользит по замерзшей глади. Она думала, что все уже позабывала, но оказывается тело прекрасно помнит все прошлые уроки.
- Натягивай коньки и посмотрим, кто тут король льда, - говорит девушка, отъезжая все дальше и дальше, а потом вдруг поворачивается на друга с чуть грустной, но искренней улыбкой, - ты помнишь, как мы впервые встали на коньки?

+1

9

Хьюго плюхнулся в снег и принялся натягивать коньки на ноги. Выглядел он при этом крайне комично, потому что шнуровал их старательно пыхтя и высунув от усердия кончик языка. Именно этому моменту Хьюго всегда уделял как можно больше внимания, потому что коварные шнурки на ногах у рыжика всегда развязывались. В детстве мама смеялась, всплескивая руками: вроде сама зашнуровывала, крепко, надежно, на два узла. А через пять минут лохматое чудо уже снова на них наступает. Рыжик помнил приблизительное количество раз, которое ему случалось пропахать носом ледовое покрытие катка. А еще он помнил елку посреди огромного торгового центра, красно-золотые украшения, искусственный снег, маленькими шариками рассыпанный по полу, яркие коробки подарочных упаковок в витринах магазинчиков, спешащие люди, настоящий снег, искристо тающий на плечах чужих курток и они с Лили сидят посреди этого новогоднего хоровода, пьют горячий шоколад из Costa Coffee и ждут мам, скрывшихся в каком-нибудь безумно скучном магазине нижнего женского белья. Еще он помнил, что Лилс всегда допивала свой шоколад первой, потому что Хьюго часто забывал пить, вертя головой, цепляясь взглядом то за звездную гирлянду под потолком, то за даму в зеленой шубе, и когда рыжик обращал свой взгляд на бренные житейские дела и замечал пустой стаканчик подруги, всегда отдавал ей свой ополовиненный, потому что наблюдать за подругой было вкуснее, чем пить самому. Идеальным вариантом было еще насовать Лилс полные карманы конфет, но это получалось не всегда, потому что запасенные с утра конфеты в течении дня медленно съедались самым волшебным образом.
   Подняв взгляд от шнурков, он с прищуром посмотрел на Лили, замершую на фоне огромного озера:
- Просто не забывай, что можешь доверить мне все что угодно, ладно? Для этого и нужны друзья.. а ты - мой самый лучший в мире друг, - иногда рыжик забывал какая она на самом деле маленькая, его Лилс, такая худенькая, хрупкая, но боевая, как воинственная мышка.
- Я помню, Лилс, - улыбнулся Хьюго, сдувая с носа пушистую кудряшку, - Я никогда и не забывал, что могу доверить тебе что угодно. И уж тем более, я никогда не смогу забыть, что ты мой лучший друг! Просто... некоторые вещи кажутся такими же естественными, как то, что небо голубое, и ты не сразу понимаешь, что нужно подсказать кому-то поднять голову, чтобы заметить это, - он поднялся на ноги, внимательно наблюдая за робкими шагами Лилс:
- Ну ты и выдумщик, у тебя по заклинаниям то какие оценки? А то мало ли чего ты там наколдовал, - в ее голосе слышится неуверенность, но Хьюго думает, что она нервничает совсем не из-за льда. Это что-то глубже, что-то важнее. Хьюго ведь не глупый мальчик, внимательный и сообразительный. Он умеет замечать то, что кроется в грустном взгляде веселых людей. Но не говорит ничего ужасно серьезного, а поддерживает тот диалог, который кажется Лилс комфортным:
- Я самый талантливый студент на потоке, чтоб ты знала! - гордо выпячивает он грудь, - Осечек не даю! - но Лилс и не слушает особенно его ответа, она уже делает первые робкие шаги по льду. Такая смелая его девочка. Самая смелая девочка на свете. Хьюго смотрит на нее, щурясь от яркого отраженного света. Прикрытые ресницы размывают тонкую фигурку Лилс, делают ее нечетким миражем. Волшебным предвестником Нового Года.
- Натягивай коньки и посмотрим, кто тут король льда, - звонко зовет она и Хьюго тихонько фыркает себе под нос:
- Мы оба прекрасно знаем, что я сделаю тебя, как первокурсницу!
- Ты помнишь, как мы впервые встали на коньки? - Голос Лилс вдруг становится очень тихим, но он далеко разносится на огромном открытом пространстве, как шорох снежинки. Она такая грустная, большеглазая, вспоминает о чем-то.
- Конечно, - Хьюго подъезжает к ней, приобнимает за плечи, - Все, кто в тот день на катке был, помнят! Такую трусишку как ты захочешь - не забудешь! Ты держалась своими маленькими пухлыми пальчиками за руку тети Джинни, а другой ладошкой вцепилась в мое плечо. И глаза у тебя были шире того катка! - Он фыркнул, аккуратно ухватил ее запястье и крутанул на месте, подъехал ближе, устраивая другую руку у сестренки на талии, - Но это не важно на самом деле, - сказал он, вдруг очень серьезно, - Это просто воспоминания. Они не нуждаются в том, чтобы быть озвученными. Они часть тебя и часть меня. Есть вещи куда более важные. Здесь и сейчас, - Хьюго очень внимательно посмотрел в глаза Лили и сказал со всей назидательностью на которую был способен, - И вот тебе самое важное: если ты взяла недостаточно теплый шарфик и завтра заболеешь, я перестану кормить тебя мороженым!, - и громко провозгласив, - Там-тададам-тададам-тададам-там-там!, - закрутил Лилс в неуклюжем вальсе.
   Вопреки распространенному мнению, Хьюго хорошо помнил многие такие моменты, которые казались другим слишком легкими и неуловимыми для вечного непоседы. Например, он хорошо помнил, что в тот день на катке играл Штраус, и что был это именно Венский Вальс. И что на Лили была красная шапочка, а тетя Джинни было совсем без шапки, но в гриффиндорском шарфике, и что он был намотан точно также, как сейчас намотан на Лилс: в два оборота и оба конца лежат на спине. И, вопреки тому же всеобщему заблуждению, он знал значение слова "деликатность" и не собирался говорить сейчас Лилс как она похожа на свою маму, даже если это и было правдой.
   На берегу остановилось несколько студентов, благо в такую погоду немногие решались на прогулку возле озера, но на лед пока становиться не решались, кто знает чего от этого Хьюго ждать. Хотя и просто наблюдать за парочкой было весьма интересно: они неплохо танцевали, а у Хьюго всегда был хороший музыкальный слух. Кто-то запустил над ними золотистое конфети и публика разошлась. А чего ждать? Эти двое точно целоваться не будут. И они могли бы танцевать еще долго, если бы не шнурок рыжика, олицетворяющий собой главную константу системы пространства состояний. Ну а что? Людям иногда нужно наглядное доказательство того, что хотя бы некоторые вещи во вселенной не меняются. Вот как, например, вечно развязывающиеся шнурки Хьюго Уизли.

+1

10

В такие моменты особенно четко осознаешь, как же это по-настоящему ценно иметь кого-то, кто разделил с тобой столько твоих воспоминаний. У кого можно спросить "А помнишь?" и услышать в ответ "Шутишь? Конечно помню" и получить рассказ об одном из моментов твоего прошлого, запечатленный в памяти кого-то бесконечно близкого тебе. Кого-то, кто хранит эти воспоминания не менее бережно, чем ты, кто знает им цену, кто помнит не только, события, но и чувства окружавшие вас тогда.
Сколько таких  общих воспоминаний хранит каждый из них? Тысячи, миллионы..
Их первый поход на каток, первый полет на метле, первый поход в маггловское кино.
Все эти воспоминания, они не только в памяти, но и в окружающих их вещах. Вся ее комната дома переполнена вещами, которые так или иначе связаны с Хьюго. Многочисленные плюшевые звери, что он дарил ей в детстве, какие-то книги который он дал ей почитать из "запасов" мамы, детские рисунки, самодельные открытки, длинные письма и крошечные записки, которыми они обменивались на уроках, общие колдографии.
Интересно, он помнит, как на один из ее дней рождений дедушка Артур подарил ей фотоаппарат, и она потом носилась с ним все лето, снимая всех подряд? Этим летом она разбирала старые письма и колодграфии, что были сложены аккуратной стопкой в большой тяжелой шкатулке, когда -то принадлежавшей бабушке Молли. Перебирая бумаги, она нашла целую стопку колдографий на которых был улыбающийся, смеющийся, кривляющийся Хьюго.
Она думала показать ему, а потом решила, что вместо этого лучше возьмет еще их совместные колдографии и сделает ему в подарок на Рождество альбом. Он наверняка обрадуется, получив такой подарок, он вообще всегда очень эмоционально реагировал на все, что она дарила ему, будь то какая-то мелочь или гигантская и какая-то навороченная маггловская печка для его любимых пирогов, которую они с дедом выбрали ему в подарок в прошлом году. Она до сих пор помнит, как притаранила сей агрегат домой к Уизли, но перед этим попросила дедушку трансфигурировать ее во что-нибудь абсолютно на вид бесполезное, чтобы посмотреть на реакцию кузена. Самое забавное, что Хью и этому на первый взгляд просто булыжнику был будто бы рад, так как кажется искренне верил, что даже в таком странном предмете, был какой-то истинный, пусть и скрытый смысл. Это тоже еще одна история про доверие.
Правда, увидев реакцию кузена, сначала она даже подумала, что зря затеяла всю эту глупость с трансфигурацией, но когда она увидела глаза рыжика, как только аппарат наконец принял свой истинный вид и он понял для чего это, Лили оценила всю бесценность искреннего восторга. Может булыжник тоже не плохо, но вот печка в сто раз лучше и это было написано на сияющем веснушчатом лице.
Хью подъезжает к ней, приобнимает за плечи и она чувствует, что ей не нужен никакой теплый шарф о котором он скажет позже. Потому что вот он, рядом, Хьюго, человек -солнышко. И он рядом всегда.
- Но это не важно на самом деле. Это просто воспоминания. Они не нуждаются в том, чтобы быть озвученными. Они часть тебя и часть меня.
Она поднимает взгляд и встречается с его глазами. Она знает, что он понимает гораздо больше, чем говорит. Просто он как никто другой знает, что есть вещи  о которых не обязательно говорить вслух. И она благодарна ему за это.
Он хватает ее за руку и за талию и они начинают кружиться в  странного вида вальсе, рыжие волосы волной рассыпаются по плечам, все вокруг плавно кружится и она впервые за долгое время улыбается так широко и так искренне.
- Иногда мне кажется, что ты тоже часть меня, - усмехается девушка, - ну знаешь, как будто именно ты отчасти делаешь меня такой, какая я есть. Это, наверное, правда даже больше, чем я думаю.
Просто они вместе всю свою жизнь и она не представляет себя без него. Сколько она себя помнит, он всегда был рядом и на не простит ни себе, ни ему, если когда-то это изменится. Ее маленький генератор счастья. Он как воздушный змей, свободный, яркий, летает, где ему вздумается, но чтобы не случилось, у тебя есть тоненькая, но прочная нить, что связывает тебя с ним, что помогает в самые сильные шторма.
И они продолжают кружиться, под удивленные взгляды прохожих, которые в общем-то давно привыкли к странностям этих двоих.
- Если ты взяла недостаточно теплый шарфик и завтра заболеешь, я перестану кормить тебя мороженым!
- Это я запрещу тебе есть мороженное, если ты еще хоть раз кашлянешь сегодня, и в кого ты такой безалаберный, а потом таскай тебе чай с вареньем, - бурчит она, с трудом скрывая улыбку, они оба знают, что хотя она терпеть не может, когда он болеет, это лишь потому что она переживает за него. Потому что Лили на самом деле любит о нем заботиться. И чай заваривать, подливая туда необходимое зелье и маскируя его вареньем, потому что  этот большой ребенок отказывается пить горькие зелья. И книжки читать, пусть даже по второму разу, зато его любимые. И пледом укрывать, когда он засыпает, прикладывать ладонь ко лбу, облегченно вздыхая из-за того, что температура спала.
- И вообще, зима на дворе, давно пора переходить с мороженного на кексы, а то опять приедешь на Рождетство с больным горлом, а я буду чувствовать себя виноватой перед тетей Гермионой, хотя все знают, что мороженное ты любишь, наверное даже сильнее чем меня. Так что больное горло только твоя заслуга и я тут не причем, - она показывает ему язык, а потом поднимает ладонь и разлахмачивает его волосы. Лили делает небольшой оборот вокруг оси и наступает коньком на развязавшийся шнурок Хьюго, в результате чего подскальзывается и падает, утянув за собой друга. Благо они были рядом с берегом и шлепнулись не на лед, а на снег.
- Хью, ты так и не научился нормально шнуровать коньки, с тех пор как тебе было пять.. - отфыркиваясь от снега, звонко засмеялась Лили, пихнув, растянувшегося рядом с ней на снегу, кузена локтем в бок.

+1


Вы здесь » Ignis ardentes: de auditu » Путешествие в будущее. » ► Me and my little princess


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC